«Пока мы живы». Часть 2
В первой части материала (ссылка на материал) мы рассказали о свидетельствах чудовищных преступлений нацистов и их пособников, послуживших основой для первого в истории военного трибунала, который состоялся в 1943 году и в работе которого принимала участие легендарная летчица Валентина Гризодубова.
Во второй части – рассказ об одной из самых чудовищных карательных операций на Кубани, которую историки называют «кубанской Хатынью». Ее жертвами стали десятки мирных жителей, в том числе дети.
Здесь собраны воспоминания тех, кто чудом выжил, и страшные признания непосредственных участников этого преступления. А также - размышления о том, почему об этом важно помнить и говорить с молодежью, и почему преступления современных неонацистов обязательно должны быть раскрыты и преданы суду. Но обо все по порядку.
Дикая расправа над мирными жителями была совершена гитлеровцами в Троицких плавнях. Здесь, в 15 км от станицы Троицкой, в начале 1943 года, незадолго до освобождения этого района, был сожжен вместе с жителями маленький хутор - Индия (2-й Западный), прозванный так из-за своей отдаленности от станицы. По сути, это - кубанская Хатынь, белорусская деревня, сожженная вместе с жителями 22 марта 1943 года. Жертвами злодеяний в Хатыни стали 149 человек, 75 из них - дети младше 16 лет. Трагедия на Кубани разворачивалась по тому же сценарию. Участниками этой карательной акции наряду с гитлеровцами были и местные полицейские. Один из них, вернувшись домой, пожаловался соседке, что «у него болят ноги, потому что он вместе с немцами сегодняшнюю ночь на хуторе Индия жарил мясо с салом». Женщина не поняла его слов, тогда каратель пояснил, что «они сожгли дома вместе с людьми».
После войны были установлены фамилии 42 человек, погибших этой страшной смертью. Среди них — 28 детей, из которых 18 младше 12 лет, в том числе шестеро совсем маленьких — от 2 до 6 лет. Но жертв было больше.
На хуторе проживали не только местные граждане, но и приезжие из других станиц и городов, которые не успели уехать из края. Их имена не назовет уже никто. Казалось, что у этой трагедии нет свидетелей, но они нашлись. Были установлены исполнители преступления. Один из них — В.С. Ермак, 1921 года рождения, во время оккупации служивший заместителем начальника станичной полиции в станице Троицкой ─ на следствии в суде 1958–1959 гг. рассказал:
«В конце февраля 1943 года поступили данные о том, что в плавнях в районе хутора Индия скрываются подозрительные лица, которые поддерживают связь с жителями хутора Индия. Немецкими комендантами было решено уничтожить вместе с жителями, скрывающихся там лиц, путем сожжения. Об этом решении было сообщено в гестапо. Вскоре в станицу прибыл офицер тайной полиции. Начальник жандармерии и начальник полиции приказали всем принять участие в истреблении хутора Индия. Рано утром, часов в 5, все полицейские, в том числе и я, прибыли в полицию, куда пришли 2 жандарма и офицер, и мы всем этим составом пошли на конюшню, где взяли 6 верховых лошадей и одну подводу, после чего поехали в сторону хутора Индия. Каждый из нас имел оружие, за 500 метров до хутора нас ожидала автомашина с немцами, в которой было человек 7 одетых в форму гестаповцев. На автомашине был укреплен пулемет. Здесь нам офицер гестапо дал инструктаж такого содержания, чтобы хутор Индия был сожжен вместе с жителями и их имуществом. Если кто из граждан попытается бежать, немедленно расстреливать на месте.
Никто из нас не должен был вступать ни в какое общение с погибавшими и не оказывать им никакой помощи. Задача стояла такая: не выпустить живым ни одного человека, независимо от возраста и пола. Когда подъехали к хутору Индия, то стало уже светло. Мы быстро разъехались по хутору, разбившись по группам. Наша задача — поджигать хаты (их было в центре хутора несколько). Когда начался пожар, мы подожгли их. Раздался страшный крик женщин и детей. Гестаповцы подбегали к домам и через окна и двери расстреливали людей на месте. Если кто-то из граждан пытался бежать, он также был расстрелян, а труп его подносили к пожарищу и бросали в огонь. Мы поехали на другой край хутора, где стояло, кажется, два домика. Когда подъехали к первой хате, спешились. Я поджег кучу камыша, а полицейский Рудомаха поджег саму хату. В этот момент к нам подъехали гестаповцы на машине. Из горящей хаты выбежала женщина, потом подросток, они пытались сбежать в плавни, но гестаповцы расстреляли их. Ко мне подбежала молодая женщина и стала просить пощады, но я ей ответил, что помочь ей ни в чем не могу. Вместе с Рудомахой мы подъехали к крайней хате, которую мы также подожгли».
Из показаний свидетеля П. И. Таранника (Терника):
«В период немецкой оккупации станицы Троицкой я проживал со своей семьей на хуторе Индия (2-й Западный). В последнее время, когда немецкая армия начала отступать, скрывался в плавнях вблизи хутора. Примерно в начале марта, числа не помню, лед еще стоял на лиманах, но местами был слаб, поздней ночью из плавней прибыл домой, чтобы обогреться, набрать продуктов и опять уйти в плавни. Рано утром, но было уже сравнительно светло, выйдя во двор, я увидел, что жилые и подсобные постройки центральной части хутора (моя хата стояла в стороне, примерно в 600 метрах от центра), охвачены дымом и пламенем, был слышен плач и крик женщин и детей. Послышались винтовочные, автоматные или пулеметные выстрелы. Было ясно, что хутор подожжен, и что-то делают с жителями. Но рассмотреть было невозможно ввиду больших зарослей. Я очень растерялся и не мог придумать, что же дальше делать.
Прибежал в хату, сказал об этом семье и находившимся у нас эвакуированным гражданам. Поднялась паника. Я бросился к детям и стал одевать их, чтобы увезти в плавни. Жена начала выносить домашние вещи во двор. В это время в хате были также Голенко Дмитрий Михайлович и неместный гражданин по фамилии Остриков, с которым я вместе притаился в плавнях. Они начали говорить, что хату могут сжечь, но людей не тронут, так как остаются дети и женщины, а нам, мужчинам, надо немедленно бежать. Я еще дважды бросался к детям, брал их на руки, боясь за их судьбу, но Голенко и Остриков схватили меня под руки и увели.
Когда мы отбежали от хаты на расстояние около 400 метров, то увидели группу верховых всадников и вооруженных автоматами людей, которые ехали от центра хутора Индия в направлении моей хаты.
Мы стали продвигаться вглубь плавней, опасаясь быть обнаруженными. Вскоре мы увидели там пламя. Сперва загорелась куча камыша, стоявшая около хаты. Затем сразу же показался дым и пламя огня над самой хатой. Слышались крики женщин и детей, а также выстрелы — одиночные и групповые»
На 3 сутки Павел Иосифович Таранник снова пришел на хутор. Его хата была сожжена до тла. На пепелище он увидел груду костей.
«Всего погибло в моей хате 16 человек», — записано в его показаниях. Из них:
жена Терник Прасковья Ивановна — 36 лет;
дочь Раиса — 6 лет;
дочь Надежда — 4 года;
дочь Ольга — 2 года;
семья брата: Терник Лукерья Ивановна — 30 лет;
сын Федор — 4 года;
дочь Клавдия — 11 лет;
семья Кружева — жена и пятеро детей. Как зовут — не знаю.
Одна женщина с малолетним ребенком и 1 подросток — имя также не знаю».
Каждая подробность этой бесчеловечной расправы зафиксирована в материалах уголовного дела и показывает истинную картину фашизма. Бесчеловечная акция против мирных жителей одновременно произошла в марте 1943 года в белорусской деревне Хатынь и кубанском хуторе Индия (2-й Западный). В расправе участвовали не только гитлеровцы, но и полицаи из числа местных жителей. Эти преступления оставили глубокий след в истории.
Фото: А. Димитрияди и А. Липин, из личного архива А. Димитрияди
О зверствах, творимых на территории Крымского района, написал в своей книге Александр Викентьевич Липин, сотрудник МБУ Крымский краеведческий музей, член Союза писателей России, член Крымского отделения Всероссийского общества историков-архивистов. Книга готовится к изданию и представляет собой художественно- документальный сборник «По следу Зверя». В своем эксклюзивном интервью для портала «Женщин Росси» Александр Викентьевич рассказал, что побудило его заняться этой темой:
- «Когда я начал работу над трехтомником «Стреляющие горы» - о партизанском движении и подвигах советских подпольщиков на территории Крымского района, погрузился в изучение материалов основных фондов краеведческого музея, где находились документальные свидетельства преступлений против человечности тех, кто выжил в то тяжелое время.
-Только ли эти материалы музея вошли в сборник?
-Конечно же, нет. Я не только изучил все подшивки газет в нашем Крымском районном архиве, но и провел большую исследовательскую работу в Краснодарском государственном архиве. Работа над книгой длилась более двух лет. Моей задачей было найти живых свидетелей того времени, как говорится, из первых уст узнать о кровавых преступлениях фашистского режима, а также о его наследии, разрухе, голоде и многочисленных находках боеприпасов, погребённых в земле, которые на протяжении десятилетий уносили жизнь мирных граждан. Это и есть «следы Зверя».
- Кому адресована эта книга?
- Прежде всего, школьникам и студентам. Ведь за минувшие 80 лет большинство молодых людей не знает, что творили на земле Крымского района эти мерзавцы. Походам в библиотеку и музей ребята предпочитают компьютерные игры.
- Что бы вы могли пожелать нашей молодежи?
- Читать, читать и читать! Ленность ума, проявляющееся увлечение компьютерными играми и стремление получать готовые ответы на вопросы убивают в человеке человека мыслящего. Представьте, что в один прекрасный миг всемирная паутина исчезла - это просто катастрофа для юных и молодых мозгов. Привыкши полагаться на ее могущество и потеряв ее, окажется, что они пусты, как лист бумаги, на котором не отпечаталась ни одна фраза из богатейшего интеллектуального наследия человечества, заключенного в миллионах томов, зачастую пылящихся и невостребованных на полках библиотек. Это трагедия не только нашей молодежи, но и проблема для страны.
Сегодня на Украине открыто чествуют тех, кого считают последователями людей, причастных к трагедии Хатыни. Памятники Андрею Мельнику и Степану Бандере стоят в Киеве, Львове, Ивано-Франковске. Их именами называют улицы, их считают героями.
Киевский режим, выросший на этой почве, не только не извинился за зверства своих предшественников, но и сделал их методы государственной политикой. Хатынь и Индия — символы страданий белорусского и кубанского народов и предупреждение о том, к чему ведет человеконенавистническая идеология нацизма.
Памятник на месте бывшего хутора Индия (также известного как 2-й Западный) в Краснодарском крае, из личного архива А.Димитрияди
Когда последователи Бандеры и Мельника вновь убивают и жгут на русской земле, мы не должны забывать, что у них одно лицо. Наша задача — не дать этому черному пламени разгореться снова и добиться, чтобы правосудие настигло каждого. Активистки Союза женщин России сегодня делают все для сохранения памяти о прошлом. Они же, как и их предшественницы в годы войны, собирают факты и свидетельства преступлений украинских неонацистов на Донбассе и в приграничных российских областях для Международного общественного трибунала.
Мы верим, что он обязательно состоится. И что каждый, кто причастен к этому злу, будет назван и осужден. Потому что пока мы помним и действуем - мы живы.
Автор: Анастасия Димитрияди, юнкор клуба «Лидер» молодежного крыла местного отделения Союза женщин России Крымского района Краснодарского края
Отдельную благодарность в подготовке материала выражаем Послу Культуры СЖР, руководителю женсовета Крымского района Краснодарского края Алле Казанджи
